Hoppa till innehållet

En utskrift från Dagens Nyheter, 2022-05-28 12:59

Artikelns ursprungsadress: https://www.dn.se/translated-article-pokaliechiennyie-i-ispughannyie-dieti-pod-bombami-po-doroghie-v-bol-nitsu/

NEWS IN RUSSIAN

Translated article: Покалеченные и испуганные дети под бомбами по дороге в больницу

”Сын Оксаны Шпакович Артем потерял руку во время российской атаки. И даже в детской больнице он не защищен от бомб”, - говорит Оксана, Артем очень испугался, когда неподалеку упали бомбы, и в больнице выбило окна.
”Сын Оксаны Шпакович Артем потерял руку во время российской атаки. И даже в детской больнице он не защищен от бомб”, - говорит Оксана, Артем очень испугался, когда неподалеку упали бомбы, и в больнице выбило окна. Foto: Фото: Поль Хансен

Детская больница в центральной части Украины.

Эта семья была в бегах, когда российская ракета оторвала часть ноги двухлетнему Андрийке. Даже в больнице сейчас не безопасно.

Покалеченные и травмированные дети из больничных палат слышат военные самолеты и бомбы. В среду от взрывной волны российской бомбы в больнице вылетело 12  стекол.

Мой мальчик пугается от любого звука. Мы вынуждены бежать дальше, говорит мама Андрийки.

Андрийке Томчуку 2 года и 8 месяцев. Он лежит на кровати в детской больнице центральной части Украины, крепко прижимая к себе любимую мягкую игрушку- панду. Мама Инна Томчук думает, что он еще не понял, что потерял часть ноги.

Он спрашивает нас, когда ему можно будет встать и ходить. Мы отвечаем, что надо подождать. Говорим:” Ты получил травму”.

Семья была в бегах, они спали в одной кровати в доме у друзей, когда в него попала российская ракета. Двухлетнему Андрийке размозжило ногу, маме Инне Томчук в спину попали осколки от снаряда.
Семья была в бегах, они спали в одной кровати в доме у друзей, когда в него попала российская ракета. Двухлетнему Андрийке размозжило ногу, маме Инне Томчук в спину попали осколки от снаряда. Foto: Фото: Поль Хансен

Семья была в бегах, они спали в одной кровати в доме у друзей, когда в него попала российская ракета. Двухлетнему Андрийке размозжило ногу, маме Инне  Томчук в спину попали осколки от снаряда.

Инна Томчук и папа Павло Томчук, оба работали на железной дороге в городе Коростень, пострадавшем от войны. Неделю назад они собрали свои вещи и решили бежать, взяв с собой Андрийку и его шестилетнюю старшую сестру Анну. Они подались в деревню, там у друзей был дом, и они думали, что в нем будет безопаснее.

В ночь на 6 марта они все вместе спали в одной кровати в доме у друзей. В два часа ночи российская ракета попала в дом.

Маме Инне запомнился резкий звук и боль в спине. Она попыталась прижать к себе Андрийку, когда ее муж внезапно закричал. И вот тогда она увидела, что мальчику оторвало ногу, и из раны хлестала кровь.

Папе удалось остановить кровотечение, он затолкал кусок ткани в рану. Потом мы поехали в больницу. Поехали сами, с другом.

”Слово война не должно использоваться в цивилизованном обществе в ХХI веке. Дети не должны пугаться от любого звука”, -говорит Инна Томчук. Ее двухлетнему сыну Андрийке во время российской атаки оторвало ногу.
”Слово война не должно использоваться в цивилизованном обществе в ХХI веке. Дети не должны пугаться от любого звука”, -говорит Инна Томчук. Ее двухлетнему сыну Андрийке во время российской атаки оторвало ногу. Foto: Фото: Поль Хансен

Несколько дней спустя родители стоят у кровати Андрийки в больнице.

Они рады, что сын выжил, но и очень обеспокоены, что он теперь всего боится.

Его пугает любой звук. Даже стук в дверь. Он плачет, его глаза наполнены ужасом, говорит Инна Томчук. Ей самой в спину в спину попали осколки снаряда.

На дорогах Украины часто попадаются машины, двигающиеся на запад. На стеклах приклеены таблички ”ДЕТИ”.

За рулем сидят родители, которые пытаются вывезти своих детей подальше от бомбежек и боев.

Родители надеятся, что увидев таблички, солдаты не будут стрелять в эти машины. Но уже пострадало и погибло много детей. Чуть больше недели назад верховный комиссар ООН по правам человека заявила о том, что во время войны в Украине было ранено 31, и убито 19  детей.

10-летний Олексей расстроен, Он рассказывает, что играл во дворе, и там убили его подругу Таню.
10-летний Олексей расстроен, Он рассказывает, что играл во дворе, и там убили его подругу Таню. Foto: Фото: Андерс Ханссон.

Согласно омбудсмену Украины по правам человека Людмиле Денисовой эти цифры резко возросли.

По ее заявлению на странице омбудсмена в Фейсбуке:как минимум 74 ребенка были убиты после полномасштабного вторжения России в Украину 24 февраля, более 100 детей ранены.

Некоторые из пострадавших находятся в больнице в центральной части Украины, которую посетил журналист ДН.

Еще несколько недель назад это была обыкновенная европейская детская больница, куда маленькие пациенты обращались, упав с горок, с велосипедов или попав в автомобильную аварию.

8-летний Артем Федоренко потерял отца и свою левую руку во время российской атаки. Мама Оксана Шпакович сидит с ним рядом.
8-летний Артем Федоренко потерял отца и свою левую руку во время российской атаки. Мама Оксана Шпакович сидит с ним рядом. Foto: Фото: Поль Хансен

Сейчас же палаты заполнены детьми, которым бомбами оторвало руку или ногу, дети с огнестрельными ранениями, с осколками от снарядов. Эти дети видели такое, что дети вообще никогда не должны были увидеть.

Мы вышли во двор поиграть, и тогда Таня умерла, рассказывает 9-летний Олексей. Он отворачивается лицом к стене и начинает беззвучно плакать.

Рядом с Алексеем лежит 8-летний Артем Федоренко. У него нет левой руки, а в ноге осколки от снарядов. Дом, в котором он находился с папой и мачехой, атаковали с воздуха.

Его папа прикрыл его, говорит мама Артема Оксана Шпакович, учитель из Киева.

Папа Артема закрыл его своим телом во время воздушной атаки, говорит мама. Сама она во время атаки находилась в другом доме.

Отец моего сына был убит во время атаки. Ему снесло полголовы. И мой сын все это видел, говорит Оксана Шпакович.

В доме также находились 10-летняя сводная сестра Артема и его мачеха. Сестру убило. Мачеха оставила свою мертвую дочку и повезла Артема в больницу.

Папу Артема и сестру даже нормально не похоронили, поскольку в районе по-прежнему идут бои. Их просто закопали в общую могилу,  говорит мама.

Мы говорим с ней в меленьком школьном классе в больнице. Вдруг звонит телефон, это Артем, он звонит из соседней палаты, соскучившись по маме. В трубку нам слышно, как мальчик плачет.

”Он очень напуган, я должна идти к нему”, -говорит она выбегая из класса.

Спустя короткое время раздается сирена. Это больничный  сигнал воздушной тревоги. Накануне нашего посещения больницы российские военные самолеты бомбили теплоцентраль неподалеку от больницы. 12 окон больницы были выбиты взрывной волной во время бомбежки.

При сигнале тревоги раненых детей выкатывают на кроватях в коридоры и ставят вдоль стен в сумраке больницы. Пока воет сирена, мама Артема стоит с ним рядом. Она кладет ему в рот чипсы и держит экран мобильного телефона так, чтобы он мог смотреть клип с Ютуба во время тревоги.

”Вчера, когда падали бомбы, и в  больнице выбило стекла, Артем очень испугался. Я пытаюсь его успокоить, но это не так легко. Над больницей каждый день слышны военные самолеты.”

Детский психолог больницы, спокойная женщина 55 лет, стоит во время военной тревоги в коридоре, готовая помочь детям в состоянии паники. Важная сторона ее работы, проследить за тем, чтобы мамы чувствовали себя настолько хорошо, чтобы они были в состоянии справляться с собой, говорит она.

”Мамы это ключи. Они -мои основные инструменты, с помощью которых детям будет лучше”,-говорит детский психолог.

Детям и родителям сложно чувствовать себя в безопасности, когда бомбят детские больницы. Всему миру уже известно о российской атаке на детскую больницу в портовом городе Мариуполе, в ходе которой, по словам мэра города, погибло трое детей.

”Каждый день военные самолеты летают над больницей. Вы же слышали, как от бомб повылетали окна”, - говорит детский психолог.

Ее коллеги по больнице, медсестры и врачи, спрашивают: что в головах у российских военных пилотов? Что она думает как психолог? Что в головах у пилотов, бомбящих детские больницы?

У меня нет ответа. Может, они фанатики, зашореные пропагандой?-говорит детский психолог.

У нее много русских коллег и друзей. некоторые купились на путинскую пропаганду о том, что Россия собирается ”денацифицировать” Украину.

”Я называю их зомби. Одна моя русская подруга говорила, что они нас спасут. Мне пришлось порвать с ней отношения. Мы не можем говорить друг с другом, пока идет война, не получается”, -  говорит детский психолог.

У больничной койки восьмилетнего Артема сидит его мама Оксана Шпакович. Против русских в принципе  она ничего не имеет. У нее есть российские друзья, которые пытались протестовать против войны. А вот президент Путин пусть горит в  аду.

Я его ненавижу. Я хочу, чтобы он испытал такую же боль, как испытывает сейчас мой сын. Чтобы ему было также страшно.

При сигнале тревоги раненых детей выкатывают на кроватях из палат в коридоры.Там толще стены, они защищают от налетов.
Мама Оксана Шпакович отвлекает своего сына Артема клипом с Ютуба, чтобы он не боялся.
При сигнале тревоги раненых детей выкатывают на кроватях из палат в коридоры.Там толще стены, они защищают от налетов. Мама Оксана Шпакович отвлекает своего сына Артема клипом с Ютуба, чтобы он не боялся. Foto: Фото: Андерс Ханссон.

Инна Томчук, мама двухлетнего Андрийки с травмами ног, пытается увидеть свет в конце тоннеля. Ведь, несмотря ни на что, ее сын выжил.

”Я уверена, вы еще услышите о нем  в будущем. Он будет выступать на олимпийских играх”, говорит она.

”В каком виде спорта?” - спрашиваем мы. Первый раз за это время лицо Инны Томчук озаряется улыбкой.

”Бег.”

Улыбка тут же гаснет. Инна Томчук рассказывает что, как только врачи разрешат Андрийке покинуть больницу, они уедут за границу.

Когда сигнал тревоги закончился, Инна говорит, что хотела бы поставить щит между своим сыном и всем злом мира. Двухлетний ребенок не должен лежать в больнице с оторванными ногами в то время, как военные самолеты рядом бросают бомбы.

”Я надеюсь, в будущем мой сын забудет все это”.

Ämnen i artikeln

Kommentera artikeln

I samarbete med Ifrågasätt Media Sverige AB:s (”Ifrågasätt”) tjänst Ifrågasätt erbjuder DN möjligheten för läsare att kommentera vissa artiklar. Denna tjänst tillhandahålls således av Ifrågasätt som också är ansvarig för tjänsten.

De kommentarer som Ifrågasätt tillgängliggör på tjänsten visas i anslutning till dn.se. DN granskar inte kommentarerna i förväg. Kommentarerna omfattas inte av utgivaransvaret enligt yttrandefrihetsgrundlagen och de är inte heller en del av den grundlagsskyddade databasen dn.se.

Grundreglerna för kommentarer är:

  • håll dig till ämnet
  • håll en god ton
  • visa respekt för andra skribenter och berörda personer i artikeln.

I övrigt gäller de regler för kommentarer som framgår av Ifrågasätts användarvillkor och som du godkänner i samband med att du skapar ett konto för kommentering. Ifrågasätt förbehåller sig rätten att radera kommentarer i efterhand. DN kan genom eget beslut ta bort kommentarer.

Ⓒ Detta material är skyddat enligt lagen om upphovsrätt